В 2026 году мебельный рынок России переживает период охлаждения. Главная причина – высокая ключевая ставка, приведшая к сокращению ипотечного кредитования и уменьшению покупок мебели для новых квартир. Дополнительное давление на категорию оказывает рост импорта бюджетного сегмента из Китая и Беларуси, а также переток покупателей из офлайна на маркетплейсы. Но это не кризис, и рынок по-прежнему имеет потенциал роста, считают эксперты. О том, что может стать драйвером роста сегмента, и как вести себя игрокам, – рассуждали представители «Аскона», «Мария», «Монзе», «2К», Т-Банка, Data Insight, Mr.Doors, Sellematics, а также Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности.
Кризис, стагнация или новая фаза развития мебельного рынка?
Причины охлаждения мебельного рынка
Какие сегменты мебельного рынка растут, а какие падают?
Как выглядит отраслевой ландшафт мебельного рынка
Как изменился средний чек на мебельном рынке
Как меняется покупатель мебели: эстетизм и экологичность в рамках разумного бюджета
Главные тренды мебельного рынка 2026
Проблемы мебельного бизнеса в 2026 году
Стратегии выживания: что делать мебельному бизнесу, чтобы удерживать прибыльность
Фото: Roman Samborskyi/Shutterstock/Fotodom
Кризис, стагнация или новая фаза развития мебельного рынка?
Розничные продажи мебели в январе – марте 2026 года снизились примерно на 10% год к году. Этот показатель, предоставленный Ассоциацией предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности (АПМДПР), – один из немногих публичных числовых ориентиров, который можно трактовать как индикатор общего снижения спроса.
«В 2026 году мебельный рынок переживает период охлаждения, – отмечает Тимур Иртуганов, генеральный директор АПМДПР. – После нескольких лет активного роста, во многом связанного с уходом иностранных брендов и восстановлением внутреннего производства, спрос стал снижаться».
«Можно уже констатировать факт, подтвержденный цифрами, что в 2026 году мебельный рынок России продолжает снижаться. Можно спорить о масштабах падения, но речь в любом случае идет о двузначных значениях, – считает Александр Манёнок, генеральный директор ГК “Аскона”. – Во многом это связано с процессами, которые последние три года происходили на рынке недвижимости. Снижение количества сделок и изменения на ипотечном рынке не могли не сказаться на мебельной отрасли, которая напрямую зависит от активности покупателей жилья. Дополнительное давление оказывает общее состояние экономики, где потребители стали осторожнее относиться к покупке товаров длительного пользования».
Среднее падение производства в отрасли по итогам 2025 года достигло 30%, считает Лилия Кац, коммерческий директор фабрики «Мария». Сильнее всего пострадал средний ценовой сегмент, традиционно составлявший основу массового рынка. Эксперт отметила, что оживления мебельной индустрии следует ждать не раньше 2027 года.
Но говорить о кризисе отрасли было бы неправильно. Скорее происходит переход от интенсивного роста к более зрелой модели развития, считает Тимур Иртуганов (АПМДПР). В этой связи рынок становится все более конкурентным, а покупатель – более рациональным.
Аналитики Т-Банка даже зафиксировали противоположный тренд. По подсчетам T-Data, с 1 января по 31 мая 2026 года спрос российских покупателей на мебель вырос на 3% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. Траты на мебель выросли на 3%, а средняя стоимость изделия увеличилась на 1% (с 3 665 до 3 699 рублей).
Фото: ad-foto/Shutterstock/Fotodom
Причины охлаждения мебельного рынка
Главная причина охлаждения – ситуация на рынке жилья. Высокая ключевая ставка привела к сокращению ипотечного кредитования, ослаблению спроса на жилье, а значит, к уменьшению количества покупателей, приобретающих мебель для новых квартир.
Сократились и закупки мебели девелоперами для меблированных квартир. В 2025 году, по оценкам АПМДПР, сокращение закупок составило 20–25%. Похоже, в 2026 году этот тренд продолжится: по прогнозам экспертов компании «Монзе», доля меблированных квартир в новостройках в 2026 году снизится с 15–20% до 7–10%.
Дополнительное давление оказывают повышение налоговой нагрузки, логистических расходов российских мебельщиков, а также импорт недорогих предметов из Китая и Беларуси. Российским производителям мебели приходится конкурировать с продукцией, которая зачастую выпускается в более благоприятных условиях финансирования и государственной поддержки, что дополнительно ограничивает возможности для роста цен и сохранения рентабельности.
«Сейчас особенно заметен контраст с тем, каким был рынок меблировки квартир в 2023–2025 годах, – говорит Александр Шнурко, операционный директор компании “Монзе”. – Спрос на квартиры “под ключ” в тот период устойчиво рос, и это направление стало массовым из-за недоступности потребительских кредитов. Однако в 2026-м включать стоимость мебели в тело ипотеки покупатели не готовы, поскольку платежная нагрузка и без того значительна. Девелоперы, сталкиваясь с ростом себестоимости, вынуждены пересматривать комплектацию объектов или полностью отказываться от нее».
Вымывание недорогого предложения на рынке недвижимости наряду со снижением вывода новых ЖК сужает выбор для покупателя. Вместо компактной квартиры с ремонтом и мебелью от застройщика он вынужден рассматривать более дорогие варианты, и меблировка оказывается далеко не на первом месте в списке необходимых трат, отмечает Александр Шнурко («Монзе»). В результате часть покупателей переходит на «новую вторичку», если не удается оформить льготную ипотеку, а там мебель от застройщика как опция отсутствует.
Askona Home в ТРЦ Columbus, Москва. Источник: «Аскона»
Какие сегменты мебельного рынка растут, а какие падают?
Наиболее сложная ситуация складывается в сегментах, напрямую зависящих от первичного рынка жилья, пояснили в АПМДПР. Это прежде всего стандартная корпусная мебель и продукция массового спроса, приобретаемая при покупке новой квартиры.
Происходит спад и в «соседнем» сегменте – меблировке общественных зон ЖК. В середине 2026 года снижается количество новых проектов в массовом сегменте, мебельные компании в основном завершают старые заказы для девелоперов. А вот в новостройках высокого класса спрос на меблировку мест общественного пользования (МОП) и квартир остается прежним. Девелоперы продолжают работать в привычном режиме, поскольку они почти не зависят от ситуации в сфере ипотеки.
Достаточно устойчив и сегмент меблировки коммерческой недвижимости, особенно в Москве, считают эксперты.
«В столице по-прежнему строится большое количество бизнес-центров – как по программе создания мест приложения труда, так и по инициативе девелоперов, – рассказывает Александр Шнурко (“Монзе”). – Востребовано оснащение общественных зон и офисных помещений для конечных пользователей. Однако тренд на замедление прослеживается и здесь: выпуск офисной мебели в отрасли сокращается, хотя и не критично. К тому же сроки ввода офисных центров неоднократно переносились в прошлом, и не исключено, что заявленные на 2026 год объемы снова будут скорректированы. А значит, и потребность в их оснащении будет отсрочена».
Сегмент офисной мебели в 2026 году оказался под более сильным давлением, чем бытовой. По данным АПМДПР, за 4 месяца 2026 года выпуск бытовой мебели в деньгах сократился всего на 0,6%, офисной – на 7,3%. В апреле 2026 года в сегменте бытовой мебели был даже отмечен рост производства (+1,2%), а в офисной мебели продолжилось сокращение – 7,8%.
При этом не падает спрос на мебель для домашнего офиса, и этот тренд поддерживается гибридным форматом работы и заботой людей о собственном комфорте и здоровье, хотя его дальнейшая динамика будет сильно зависеть от уровня доходов населения и от того, восстановится ли рынок недвижимости.
Сегмент комплексной меблировки отелей и ресторанов переживает не лучшие времена, так как откладываются реновации и запуск новых объектов, снижается активность корпоративных мероприятий, и все это тянет за собой падение заказов.
Снижаются продажи в низком ценовом сегменте.
«Товары с низким средним чеком активно уходят на маркетплейсы, а конкуренция офлайна с маркетплейсами в этом ценовом сегменте становится все жестче, – рассказывает Александр Манёнок (“Аскона”). – Вероятно, это один из первых сегментов, который будет сжиматься в классической рознице. Хотя маркетплейсы охватывают доставкой мебели не всю страну, поэтому региональные магазины продолжают продавать, пусть и с разной динамикой».
Премиальный сегмент, который принято считать одним из самых устойчивых вне зависимости от экономической ситуации, в 2026 году отмечает падение спроса. Правда, здесь речь идет именно о снижении количества заказов, а не о снижении среднего чека, уточняет Александр Манёнок («Аскона»).
Фото: Pixel-Shot/Shutterstock/Fotodom
Как выглядит отраслевой ландшафт мебельного рынка
Продолжается расслоение отрасли. Крупные производители, располагающие современными производственными мощностями, развитой логистикой и возможностью инвестировать в технологии, забирают массовый рынок. А небольшие компании, доля которых в объеме производства до сих пор составляет около 50%, в основном работают в нишевых сегментах и для дистрибуции используют онлайн-площадки, отмечают в АПМДПР.
Происходит процесс, который можно охарактеризовать как «естественное очищение», считает Александр Шнурко («Монзе»): «Мелкие производители уходят, конкуренция снижается, на плаву остаются крупные компании с диверсифицированным продуктом и развитыми каналами сбыта. При этом рынок остается слабо консолидированным, с большим количеством федеральных, региональных и локальных игроков. Если консолидация и происходит, то скорее на уровне каналов продаж: эту роль выполняют маркетплейсы, которые уже занимают более 30% розничного рынка».
Заметен приход новых мебельных игроков из России и Беларуси, которые быстрее других сориентировались в правилах игры на маркетплейсах и заняли там лидирующие позиции. «Возможно, еще пять лет назад у них не получилось бы вырасти так стремительно, но текущий ландшафт рынка сыграл им на руку», – отмечает Александр Манёнок («Аскона»).
Как изменился средний чек на мебельном рынке
Медианный средний чек на мебельном рынке России в 2026 году, по данным ОФД, вырос на 7% в сравнении с прошлым годом и достиг 21 042 рублей. При этом рост чека имеет исключительно инфляционный характер и сопровождается снижением физического числа покупок в рознице на 14%.
Аналитики Т-Банка отметили укрупнение клиентских заказов: россияне увеличивают средний чек покупки и покупают большее количество мебели за раз.
В I квартале 2026 года зафиксировано подорожание разных категорий мебели на 5–15%. Наиболее заметно дорожали кухонные гарнитуры, шкафы и столы для столовой и гостиной. При этом общий рост цен по рынку оставался ниже инфляции.
Рост фискальной нагрузки на всех этапах производства, по мнению АПМДПР, приведет к удорожанию легальной российской мебели на 10% и станет катализатором для ухода значительной части производителей мебели в теневой сектор.
Фото: YAKOBCHUK VIACHESLAV/Shutterstock/Fotodom
Как меняется покупатель мебели: эстетизм и экологичность в рамках разумного бюджета
1. Покупатель мебели стал еще более рациональным и прагматичным, чем четыре года назад. Он ценит функциональность и долговечность, при этом считает важным стиль, комфорт и визуальную привлекательность, но в рамках разумного бюджета. По данным опроса «Авито», проведенного в начале 2026 года, россияне обновляют интерьер в среднем раз в три года и готовы инвестировать в качественные и долговечные материалы. Средний бюджет на обновление интерьера и мебели составляет 170 тыс. рублей: 56% респондентов готовы потратить до 100 тыс. рублей, 25% – от 100–250 тыс. рублей, 12% – от 250 до 500 тыс. рублей, а 7% – 500 тыс. рублей.
2. Покупатели предпочитают не отдельные изделия, а готовые интерьерные решения – функциональные, с продуманной эргономикой, например, трансформеры, системы хранения для смарт-квартир, готовые комплекты для комнат.
3. На выбор мебели влияют отзывы других пользователей, а также ответы нейросетей. Как показал отчет «РБК Исследования рынков», выпущенный в марте 2026 года, 16% покупателей используют ИИ для целенаправленного поиска мебели и товаров для дома. Среди молодой аудитории (18–34 года) этот показатель превышает 40%.
4. Экологичные материалы и ESG стали актуальным покупательским критерием при выборе мебели. Современный покупатель обращает внимание на состав, происхождение и методы обработки материалов, долговечность изделий, а также возможность вторичного использования, утилизации.
Главные тренды мебельного рынка 2026
Тренд 1. Переток в онлайн и давление маркетплейсов
Онлайн-канал продажи мебели выглядит устойчивее рынка в целом. Мебельный офлайн сдает позиции, уступая онлайну. По словам Александра Манёнка («Аскона»), офлайн-розница ощутимо прореживается, игроки уходят с рынка, магазины закрываются или сокращаются в размерах, а трафик падает, так что весь канал находится под серьезным давлением.
В 2025 году до 79% всех продаж кресел, кроватей, полок, столов, стульев и шкафов совершалось в интернет‑магазинах, согласно транзакционным данным аналитиков Т-Data. Продажи мебели на Wildberries выросли на 65% – в деньгах и на 46% – в натуральном выражении.
Маркетплейсы становятся основной витриной мебельной категории, по мнению аналитиков Data Insight. Доля продавцов мебели на маркетплейсах по итогам 2026 года может составить 40%. При таком раскладе с рынка могут уйти до 15% небольших производителей, не выдержавших нарастающего давления маркетплейсов.
«В деньгах онлайн-продажи могут расти за счет перетока спроса и роста цен, но экономика продавцов ухудшается, – отмечает Сергей Семко, ведущий аналитик Data Insight. – В заказах сильнее держатся недорогие и стандартизированные категории. Средний чек неоднороден: в массовом сегменте покупатель экономит, но в отдельных категориях чек растет из-за инфляции, укрупнения заказа и покупки комплектами».
В 2026 году Wildberries, Ozon и «Яндекс Маркет» активно работают над созданием цепочки поставок крупногабаритных товаров с интегрированной сборкой. «Яндекс Маркет» продолжает развивать услугу сборки при покупке сложной корпусной мебели и кухонь. Ozon запустил программу по открытию фулфилмент-центров для размещения и обработки исключительно крупногабаритных товаров (КГТ).
Омниканальность остается одной из главных стратегий игроков. «Продолжается развитие омниканальных продаж, – рассказывает Тимур Иртуганов (АПМДПР). – Онлайн, бесспорно, является важным каналом привлечения клиентов, однако для сложной мебели офлайн по-прежнему играет ключевую роль. Покупателю важно увидеть материалы, оценить качество и получить профессиональную консультацию».
Сравнение продаж мебели на маркетплейсах Wildberries и Ozon
Сервис аналитики Sellematics провел исследование динамики продаж мебели на маркетплейсах Wildberries и Ozon по модели Fulfillment by Wildberries и Fulfillment by Ozon. Период анализа: январь – май 2024, январь – май 2025 и январь – май 2026 года.
-
По Wildberries в выборку вошли пять предметных категорий мебели: мебель офисная и торговое оборудование, мебель мягкая, мебель для сна, мебель корпусная и мебель для хранения, мебель малых форм.
-
По Ozon анализ проводился по категории «Мебель», включая детализацию по подкатегориям внутри этой категории.
Объем продаж мебели на Wildberries: в 2024 году – 15,4 млрд рублей / 9,1 млн шт.; в 2025 году – 25,0 млрд рублей / 11,0 млн шт.; в 2026 году – 30,3 млрд рублей / 11,6 млн шт.
Объем продаж мебели Ozon: в 2024 году –16,0 млрд рублей / 4,18 млн шт.; в 2025 году – 30,5 млрд рублей / 6,07 млн шт.; в 2026 году – 30,6 млрд рублей / 6,16 млн шт.
Динамика выручки. Источник: Sellematics
Объем выручки. Источник: Sellematics
Вывод: WB в январе – мае 2026 года продолжает расти: выручка увеличилась до 30,3 млрд рублей, при этом продажи выросли умеренно – до 11,6 млн шт.
Значит, часть роста обеспечена не только объемом, но и ростом средней выручки на единицу. Ozon после резкого роста в 2025 году почти вышел на плато: 30,6 млрд рублей против 30,5 млрд рублей годом ранее.
Драйверы роста и падения WB 2026 vs 2025. Источник: Sellematics
Структура роста WB смещается в сторону домашнего обустройства. Единственный заметный отрицательный вклад среди выбранных предметов – офисная и торговая мебель.
Драйверы роста Ozon 2026 vs 2025. Источник: Sellematics
Рост Ozon почти полностью держится на мебели для спальни и комплектующих. Без этой подкатегории категория «Мебель» в 2026 году показала бы снижение к 2025 году.
В январе – мае 2026 года спрос смещается от офисно-функциональной мебели к товарам для дома: сон, хранение, кухня, компактные формы. WB продолжает расширяться по выручке и объему, а Ozon находится около уровня 2025 года, но внутри категории идет сильная ротация спроса.
По данным аналитики Sellematics, одна из ключевых причин падения маржинальности категории мебели на маркетплейсах – рост издержек внутри экосистемы маркетплейсов, прежде всего логистики и сопутствующих операционных расходов.
Основные факторы:
-
рост стоимости логистики и хранения (особенно для крупногабаритной мебели);
-
увеличение доли рекламных расходов для удержания позиций в выдаче;
-
усиление конкуренции внутри категорий и подкатегорий;
-
снижение средней цены в части мебельных сегментов при одновременном росте затрат.
В результате бизнесу становится сложнее сохранять прежний уровень маржинальности даже при росте выручки: дополнительные продажи часто достигаются через более высокие расходы на продвижение и логистику.
Сергей Молчанов. Источник: Sellematics
Сергей Молчанов
Генеральный директор компании Sellematics
Маржинальность является внутренним финансовым показателем каждого бизнеса и не раскрывается в открытой рыночной аналитике, поэтому мы не можем делать прямых выводов о ее уровне у конкретных продавцов. Однако по косвенным рыночным признакам можно фиксировать давление на маржинальность в категории мебели на маркетплейсах.
Тренд 2. Импортозамещение и локальное производство
Мебельная индустрия справилась с задачей импортозамещения, но не полностью.
Готовую продукцию и базовое сырье (плиты ДСП, ЛДСП, МДФ, простые изоляционные материалы и пленки) обеспечивают локальные производители, в первую очередь крупные – «Ангстрем», «Шатура», «Мария», «Аскона». По данным АПМДПР, российские фабрики заняли 80% внутреннего рынка готовой мебели, заместив ушедшие западные бренды. Но сохраняется зависимость от импорта оборудования и компонентов.
Нарастает давление со стороны Востока: китайский импорт мебели за последние пять лет увеличился на четверть, создавая жесткую ценовую конкуренцию отечественным фабрикам в эконом-сегменте.
Тренд 3. Персонализация и мебель на заказ – не только у нишевых компаний, но и у федеральных игроков
Российские мебельщики делают ставку на персонализацию и изготовление мебели на заказ. Если раньше такие услуги предоставляли только малые нишевые предприятия, то теперь их развивают крупные фабрики, имеющие собственную розницу.
«Аскона» (более 800 розничных точек) внедрила модернизацию серийных моделей. Клиент может использовать онлайн-конфигуратор, чтобы изменить тип ткани (например, выбрать антивандальное покрытие), заменить ножки, форму подлокотников или плотность наполнителя.
Фабрика «Ангстрем», управляющая более 170 фирменными магазинами, запустила направление «Мебель на заказ», предлагая клиентам возможность изменить цвет, размер, материалы базовых моделей или придумать модель самим.
«Мария» (около 500 студий и шоурумов) развивает комплексные интерьерные решения, индивидуально проектируя гардеробные, мебель для ванных комнат и прихожие.
Фото: DC Studio/Shutterstock/Fotodom
Тренд 4. Растет роль дизайна и визуализации при продаже мебели: интерьер вместо предмета
Переход от продажи отдельных предметов мебели к предложению комплексных интерьерных решений – еще один ключевой тренд рынка. На выбор модели влияет возможность вписать ее в общую дизайн-концепцию. Покупателю сегодня нужны не отдельные шкаф или диван, а готовый сценарий обустройства жилья.
Производители, традиционно специализировавшиеся на узких нишах, расширяют матрицы, предлагая готовые сценарии жизни. Например, «Аскона» закрывает компактные спальные салоны ради открытия мебельных гипермаркетов Askona Home площадью до 1500 кв. м, где продают готовые сценарии гостиных, спален и прихожих с полным набором декора.
В 2026 году визуализация дизайна перестала быть просто красивой картинкой к мебельному каталогу и стала решающим фактором покупки и возможностью повышения чека – выбрав модель в интерьере, покупатель охотнее соглашается на кросс-продажи.
Источник: «2К»
Владимир Кузнецов
Основатель светомастерской «2К»
Человек больше не выбирает мебель для интерьера по плоскому фото: он хочет увидеть вещь в своей комнате, при своем освещении, в свое время суток. Нейросети сжали путь от идеи до фотореалистичного рендера с недель до минут и с каждым обновлением все увереннее справляются со светотенью и реализмом. Дополненная и виртуальная реальность пошли еще дальше – VR-шоурумы позволяют “примерить”, изменить расположение мебели в квартире еще до заказа. Для авторских и штучных изделий это особенно ценно, так как клиент видит свой будущий предмет интерьера в масштабе и в контексте комнаты, не дожидаясь образца.
Такие кардинальные изменения в визуализации нужно воспринимать не как угрозу, а как инструмент: качественная визуализация со светом продает не предмет, а атмосферу, то, ради чего люди выбирают вещи для дома.
Тренд 5. Автоматизация и внедрение ИИ в мебельную отрасль
Автоматизация и внедрение ИИ-технологий стали главным технологическим трендом мебельной отрасли. Рост стоимости труда и высокая конкуренция заставляют инвестировать в роботизацию, цифровое управление производством и повышение производительности, отмечает Тимур Иртуганов (АПМДПР).
Игроки стремятся использовать ИИ для решений проблем кадрового дефицита, контроля качества и динамического планирования:
-
Фабрика Brendoss внедрила машинное зрение на этапе контроля качества. Как рассказал основатель фабрики Алексей Никонов, камеры с ИИ-аналитикой проверяют геометрию щитов, выявляют сколы, неровные швы и перекосы. При обнаружении дефекта линия автоматически останавливается. Уровень брака на производстве снизился примерно на 12% и составляет менее 1,7%.
-
Мебельные мастерские используют ИИ-ассистентов для расчета цен, генерации рендеров по текстовому промпту заказчика и чертежей для раскроя плиточных материалов. Дизайнеры фабрик применяют нейросети, чтобы создать для клиентов визуально привлекательную концепцию будущей комнаты, показать текстуры и цвета.
Фото: Natee Meepian/Shutterstock/Fotodom
Тренд 6. «Умная» мебель и цифровые технологии
Тренд на «умные» предметы актуален и для мебели. В «умной» мебели премиального сегмента используются сенсорное управление, встроенные зарядные станции, адаптивная подсветка и электронные чипы, превращающие предметы интерьера в интерактивные гаджеты. Крупные российские мебельщики внедряют функции мониторинга сна и трансформации.
-
«Аскона» производит технологичные кровати, основание которых меняет угол наклона по команде со смартфона или пульта. Встроенные трекеры сна анализируют фазы отдыха и передают данные в приложение.
-
Фабрика «Умные диваны» встраивает в мягкую мебель розетки, беспроводные зарядки, сенсорное управление выдвижными подножками, охлаждающие подстаканники и аудиосистемы.
-
Mr.Doors и «Мария» встраивают в шкафы и кухонные гарнитуры электроприводы для открытия шкафов по взмаху руки, выдвижные розетки-колонны, светодиодные профили, которые синхронизируются с экосистемами «Яндекса» и «Сбера».
Тренд 7. Развитие собственного сайта, SEO и диджитал-маркетинга
Собственный сайт, SEO и диджитал-маркетинг позволяют мебельным брендам формировать поток заказов и не зависеть целиком от правил маркетплейсов. Несмотря на то что маркетплейсы остаются основным каналом онлайн-продаж, растет тренд на диверсификацию каналов привлечения клиентов.
Если бизнес работает только через маркетплейсы, он становится зависимым от:
Поэтому развитие собственных каналов (сайта, соцсетей и контент-маркетинга) позволяет компаниям:
-
снижать зависимость от одного источника продаж;
-
удерживать аудиторию и формировать бренд;
-
работать с повторными покупками напрямую;
-
снижать стоимость привлечения клиента в долгосрочной перспективе.
«Фактически рынок движется в сторону модели, где маркетплейс – это один из каналов продаж, но не единственный и даже не основной», – говорит Сергей Молчанов из Sellematics.
Омниканальный путь клиента, доминирование визуального и ИИ-поиска, когда покупатели ищут мебель не по тексту, а по картинкам через нейросети, рост стоимости прямой рекламы и высокая конкуренция в контекстной рекламе повышают роль SEO и цифрового маркетинга в мебельном бизнесе:
-
Без продвижения визуального контента и внедрения микроразметки сайт компании может не появиться в выдаче современных поисковиков.
-
Поисковая оптимизация может снизить затраты на привлечение покупателей по сравнению с традиционными рекламными инструментами. В 2026 году, когда рекламные бюджеты сильно выросли, эта разница может стать важной для развития бизнеса.
-
Современные алгоритмы ранжируют выше сайты, предлагающие интерактив, поэтому в 2026 году SEO требует интеграции 3D-конфигураторов, виртуальных примерочных и видеообзоров мебели.
Проблемы мебельного бизнеса в 2026 году
Проблемы рынка мебели связаны в первую очередь с экономической неопределенностью.
«Основная проблема игроков рынка – не столько снижение спроса, сколько высокая неопределенность условий ведения бизнеса, – считает Тимур Иртуганов (АПМДПР). – Предприятиям приходится работать в ситуации, когда одновременно растут издержки и сохраняется жесткая ценовая конкуренция, не позволяющая полностью переложить эти расходы на конечного потребителя».
Усиливается непредсказуемость на рынках сырья и комплектующих, растет себестоимость. Например, стоимость карбамида – одного из ключевых компонентов для производства древесных плит – весной этого года всего за три месяца выросла вдвое, а затем начала корректироваться. Подобные ценовые колебания серьезно осложняют производственное планирование и формирование долгосрочных контрактов.
Все это приводит к сокращению маржинальности мебельного бизнеса и снижает возможности предприятий инвестировать в развитие производств, внедрение новых технологий и расширение экспортных поставок.
Фото: Sandu Herta/Shutterstock/Fotodom
Стратегии выживания: что делать мебельному бизнесу, чтобы удерживать прибыльность
Повышать эффективность бизнеса. В условиях охлаждения рынка выигрывают не те, кто пытается конкурировать исключительно ценой, а те, кто повышает эффективность бизнеса. Важно инвестировать в автоматизацию производства, сокращение внутренних издержек, цифровизацию процессов и развитие собственной инженерной компетенции, считает Тимур Иртуганов (АПМДПР).
Диверсифицировать продажи. Производителям необходимо работать сразу в нескольких мебельных сегментах: рознице, корпоративных проектах, государственных закупках, гостиничной индустрии и экспорте. Мебельщикам в условиях падения спроса стоит пересмотреть стратегии развития, и прежде всего необходимо диверсифицировать каналы сбыта: не ограничиваться одним форматом, а сочетать разные способы продаж, советует Александр Шнурко («Монзе»).
Считать экономику каждого канала. Маркетплейсы дают спрос, но могут съедать маржу через комиссии, логистику, штрафы, промо, рекламу и возвраты. Продавцу важно управлять ассортиментом, ценами, упаковкой, остатками и рекламой, а не просто наращивать число SKU.
Развивать собственный бренд и качественный клиентский сервис. В условиях высокой конкуренции именно доверие к производителю, возможность индивидуального проектирования, надежность исполнения заказов и высокий уровень постпродажного обслуживания становятся ключевыми конкурентными преимуществами.
Адаптировать ассортимент под спрос. Нужно адаптировать ассортимент под «осторожного» покупателя, считает Сергей Семко (Data Insight). Предоставлять базовые линейки, модульные решения, комплекты с понятной ценой, товары с быстрой доставкой и возможностью докупать элементы постепенно. Управляемый чек и понятная ценность важнее, чем широкий, но плохо продающийся ассортимент.
Создавать собственные уникальные продукты, за счет которых можно выделиться на фоне конкурентов, даже когда рынок падает.
Развивать комплексные производственные линии, не ограничиваясь одним типом мебели. Если производить и корпусную, и мягкую мебель, работать и с металлом, и с деревом, и со стеклом, то можно браться за сложные проекты, выполнять заказы «под ключ» и закрывать потребности клиента целиком, а не частично, рекомендует Александр Шнурко («Монзе»).
Продавать не отдельную позицию, а готовое решение. В карточке и рекламе должны быть сценарии использования, фото в интерьере, видео, отзывы, сроки доставки, гарантия и сборка, поясняет Сергей Семко (Data Insight). В условиях слабого спроса выигрывают компании, которые снижают риск покупки для клиента и одновременно контролируют себестоимость, логистику и маржу.
Использовать финтехинструменты: беспроцентные рассрочки, BNPL-сервисы («купи сейчас, плати потом», покупка долями, кешбэк.
Идти в растущий B2B-сегмент. Искать выходы на застройщиков для реализации проектов меблировки «под ключ» или переориентировать часть мощностей под контрактное производство.
Выходить в регионы, где низкие издержки и административные барьеры при запуске и эксплуатации производства.
«Аскона»: Главный вызов мебельного рынка – необходимость быстрой перестройки под изменившиеся правила игры
Александр Манёнок. Источник: «Аскона»
Александр Манёнок, генеральный директор ГК «Аскона»:
«Покупатель уходит в онлайн, внутри онлайна смещается на маркетплейсы и при этом ожидает от мебели такого же уровня сервиса и скорости, к которому уже привык в других категориях товаров, то есть быстро, понятно и удобно, без долгого ожидания.
На этом фоне продолжают расти издержки: логистика подорожала на 15–20%, выросли расходы на фонд оплаты труда, который многие компании наращивали в период роста продаж, а теперь этими же изменениями приходится управлять в обратную сторону, причем быстро. Когда компания не растет, ее начинают захлестывать издержки прошлого периода вместе с инфляционными затратами на постоянную часть расходов.
Чтобы выжить в условиях падения спроса, нужно быть максимально гибкими и адаптивными. Быстро привести масштаб расходов компании в соответствие с реальным масштабом бизнеса. Это касается и объема производства, и задействованных ресурсов, и штата сотрудников, и логистики, и количества складов и магазинов. Стоит честно оценить, какие из них действительно прибыльны, а какие уже нет, ведь долгие раздумья в духе “сейчас что-нибудь поменяем – и продажи вырастут” в этом году довольно опасная тактика. Сначала нужно привести экономику компании в устойчивое состояние, а уже потом, если появится возможность, наращивать обороты».
«Монзе»: Главная проблема мебельного рынка – рост себестоимости производства: дорожают сырье и логистика, увеличиваются затраты на обслуживание оборудования и фонд оплаты труда
Александр Шнурко. Источник: «Монзе»
Александр Шнурко, операционный директор компании «Монзе»:
«Налоговая реформа с 1 января 2026 года добавила нагрузку на производителей. Сказываются инфляция, санкционные ограничения, а также высокая стоимость кредитов. Аналогичные процессы происходят и у клиентов мебельных компаний – девелоперов. Многие из них вынуждены сокращать бюджеты на оснащение объектов.
Поэтому себестоимость растет, а количество заказов падает. Наиболее остро эту ситуацию переживают малые и средние производители, не имеющие достаточного запаса прочности и вынужденные уходить с рынка.
Дополнительный вызов создает ситуация на топливном рынке. Рост издержек на транспортировку может вынудить производителей мебели в очередной раз поднять цены. Но если прогнозы властей и части экспертов оправдаются и логистика нормализуется осенью, острота этой проблемы для мебельного бизнеса снизится. При этом, учитывая высокий уровень неопределенности, бизнес-стратегии должны быть гибкими и ориентированными на кратко- и среднесрочную перспективу».
Mr.Doors: Производителям и продавцам мебели нужно диверсифицировать каналы, усиливать B2B-направление, сокращать издержки и развивать сервис вокруг продукта
Александр Гаврилин. Источник: Mr.Doors
Александр Гаврилин, коммерческий директор ателье мебели Mr.Doors:
«Несмотря на высокую ключевую ставку и охлаждение розничного спроса на товары длительного пользования, российский мебельный рынок сохраняет устойчивость. При этом на передний план выходят крупные игроки с собственным производством, широкой розничной сетью, а также с возможностью реализовывать проекты не только в B2C-, но и в B2B-сегментах.
Первый тренд 2026 года – смещение спроса в сторону более рациональных покупок: покупатели дольше принимают решение, чаще сравнивают производителей и выбирают функциональные решения “под ключ”. Второй тренд – рост роли проектных продаж, в том числе для девелоперов, гостиниц, медицинских учреждений, апарт-отелей и коммерческой недвижимости.
Производителям и продавцам мебели нужно уходить от модели “только продавать товар” и строить более устойчивую бизнес-модель. Практически это означает диверсификацию каналов, усиление B2B-направления, сокращение издержек и развитие сервиса вокруг продукта. Также важно вкладываться в цифровизацию, которая уже сейчас решает колоссальное количество задач для бизнеса любого масштаба».
Главная проблема игроков мебельного рынка в 2026 году – падение базового спроса на крупные мебельные покупки
Сергей Семко. Источник: Data Insight
Сергей Семко, ведущий аналитик Data Insight:
«Падение базового спроса на крупные мебельные покупки связано прежде всего с рынком жилья: меньше доступной ипотеки, меньше сделок с новостройками, меньше ремонтов и меблировки новых квартир. Для мебели это системный фактор, потому что значительная часть спроса возникает именно после покупки жилья или переезда.
Вторая проблема – переход потребителей к экономии. Мебель относится к товарам, покупку которых можно отложить, сократить или заменить более дешевым вариантом. Поэтому покупатель чаще выбирает отдельный модуль, недорогой комплект, товар с маркетплейса или частичное обновление интерьера вместо крупной покупки.
Третья проблема – давление на маржу. Производители и продавцы сталкиваются с ростом затрат, но не всегда могут переложить их в цену. На маркетплейсах это давление усиливается комиссиями, логистикой, промо, возвратами и конкуренцией с более дешевыми товарами».
Мебельный рынок России в 2026 году стал более зрелым, технологичным и сложным. Драйверами роста стали не дефицит предложения, как несколько лет назад, а эффективность производства, технологичность и способность компаний создавать востребованный продукт. И в этих условиях особенно важна гибкость производителя: способность быстро переориентироваться с одного ценового сегмента на другой и с одной категории покупателя – на совершенно новую.
Валерия Миронова, Retail.ru
'/%3e%3cg%20filter='url(%23filter0_f_10341_112044)'%3e%3ccircle%20cx='55.5'%20cy='25.5'%20r='2.5'%20fill='url(%23paint1_radial_10341_112044)'/%3e%3c/g%3e%3cdefs%3e%3cfilter%20id='filter0_f_10341_112044'%20x='52'%20y='22'%20width='7'%20height='7'%20filterUnits='userSpaceOnUse'%20color-interpolation-filters='sRGB'%3e%3cfeFlood%20flood-opacity='0'%20result='BackgroundImageFix'/%3e%3cfeBlend%20mode='normal'%20in='SourceGraphic'%20in2='BackgroundImageFix'%20result='shape'/%3e%3cfeGaussianBlur%20stdDeviation='0.5'%20result='effect1_foregroundBlur_10341_112044'/%3e%3c/filter%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_10341_112044'%20x1='57.0492'%20y1='31.4754'%20x2='31'%20y2='2.5'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23461EF8'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23E4E4FD'/%3e%3c/linearGradient%3e%3cradialGradient%20id='paint1_radial_10341_112044'%20cx='0'%20cy='0'%20r='1'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%20gradientTransform='translate(55.5%2025.5)%20rotate(90)%20scale(2.5)'%3e%3cstop%20stop-color='white'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23C4B8FA'/%3e%3c/radialGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
